Александр Калинин рассказал РБК-Черноземье, что помогает и мешает малому и среднему бизнесу в регионах
Корреспондент РБК-Черноземье поговорила с Александром Калининым о перспективах предпринимательских объединений, госрегулировании и региональной мобильности.
          — В начале года в одном из интервью вы говорили о приоритетных направлениях работы «Опоры России» на 2017 год: улучшение госрегулирования, повышение качества бизнеса, развитие самой организации. Удалось ли уже что-то изменить в этом направлении?
— С памятного Госсовета по малому бизнесу, который прошел впервые за шесть или восемь лет, госрегулирование встало на новые рельсы. Принята новая стратегия, появились новые институты развития малого бизнеса: налоговые и надзорные каникулы, снижение уголовного давления. В результате за десять месяцев количество объектов малого и среднего бизнеса в России выросло на 500 тыс.

Это плюс. Минус — старая регуляторика и отсутствие оценки новых инициатив для бизнеса. Постоянно появляются инициативы, которые повышают издержки бизнеса и его риски. Это говорит о том, что усилия предпринимательского сообщества недостаточны.
Качество бизнеса — это прежде всего повышение производительности труда. У нас коэффициент использования труда на предприятиях в среднем составляет, может быть, лишь 0,3 пункта. Низок коэффициент использования техники и новых технологий. Компетенции, которыми владеет предприниматель, недостаточны, чтобы быть высококонкурентным и на своем, и на внешнем рынке. А ведь экспорт — это мерило развития бизнеса. Если ты можешь экспортировать, ты вполне конкурентен. У нас же экспортом занимаются около 0,5% малого и среднего бизнеса. Это страшно низкий показатель, ведь есть экономики, где он составляет 80%, например, Япония.
В январе мы впервые в истории «Опоры» приняли стратегию, где сделали ставку на три пункта. Во-первых, организация должна оставаться открытой, то есть, присоединиться к нам может любой человек, мы даем людям сообщество, социальный лифт. Во-вторых, она должна быть профессионально выстроена: единые стандарты региональных отделений, комитетов и комиссий. Наконец, «Опора» должна быть сервисной: предоставлять понятные услуги для своих членов, которые измеряются знаниями и рублем. Человек должен получать осязаемую информационную и материальную отдачу.
— Как вы оцениваете ситуацию с финансовой господдержкой малого и среднего бизнеса? Огромные холдинги получают субсидии в миллиарды рублей, для большинства же микропредприятий поддержка ограничивается в лучшем случае сотнями тысяч рублей. Большинство из них вообще не получают «живых» денег, максимум на что они могу рассчитывать — налоговые льготы. Считаете ли вы эффективным такой механизм поддержки? Должно ли государство давать деньги бизнесу?
— Механизм субсидий может быть эффективным для бизнеса определенного размера, находящегося в определенном цикле развития. Например, когда предприниматель осуществляет инвестиционный проект, он фактически возвращает часть своих затрат. То, что основная часть денег уходит крупному бизнесу, говорит, что он лучше лоббирует свои интересы. С нашей точки зрения, должно быть квотирование. Мы уже сделали квотирование при госзакупках, считаем, что 15% субсидий должны приходиться на малый и средний бизнес. Если раньше нам говорили, что все равно будут свои, прикормленные, то с введением реестра субъектов малого и среднего бизнеса, стало понятно кто именно получает эти деньги, видна аффилированность. В сельском хозяйстве только 5% субсидий попадают в малый бизнес.
  — Как вы оцениваете существующую в России мобильность бизнеса? Например, люди, которые живут в Ярославской, Рязанской областях, предпочитают вести бизнес в столице. Они считают, что там больше денег. Справедливо ли это?
— Мобильность имеет негативные последствия, когда люди и деньги просто перетекают из региона в регион. Но такая тенденция есть и на уровне государств. Конечно, власти в регионе нужно создавать возможности для развития, но и бизнес не должен спать. Если вы хотите хорошей регуляторной среды, то почему в «Опоре», в «Деловой России» так мало предпринимателей? Власть будет считаться только с теми, кто хорошо самоорганизован, с массовыми объединениями.
  — В последние несколько лет в регионах очень популярна идея кластеров. Власть хочет, чтобы у нас, как в Кремниевой долине, был синергетический эффект. Однако в России чаще всего бизнес объединяется не самостоятельно. Считаете ли вы, что заставляя бизнес кооперироваться, можно достичь успеха?
— В Кремниевой долине тоже все не само получилось. Там был университет, который отдал девелоперам часть своих земель с условием бесплатной аренды жилья для своих работников и выпускников. Так он создал сообщество хорошо образованных, идейных людей. Им не нужно было уезжать, чтобы найти применение своему потенциалу. Если в регионе есть такой же социальный институт, например, тот же университет, который будет над этим работать, то и в России может получиться не хуже.
 — Как бы вы оценили бизнес-климат в Воронежской области по первым впечатлениям от региона?
— Сегодня на встрече присутствовали вице-губернатор и глава профильного департамента. Я удивился, насколько они настроены конструктивно к бизнесу. Иногда они выступали даже более про-предпринимательски, чем я. Меня это радует, значит в Воронежской области не будет дополнительных барьеров на уровне исполнительной власти. Им аплодировал бизнес, это тоже не так часто встречается в регионах. Я обратил внимание, что люди в зале не зажаты, у собравшихся есть предпринимательский дух. Это первое впечатление. Я обязательно приеду осенью, мы проведем здесь финал ЦФО национальной предпринимательской премии «Бизнес-успех».

Автор: Дарья Бородина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ОПОРА НА КАРТЕ
Увеличить